vitaly_adam (vitaly_adam) wrote in pacificum,
vitaly_adam
vitaly_adam
pacificum

Categories:

Г. Алёткин, В. Адаменко. Отказ от военной службы в первые годы Советской власти (окончание)


(Начало статьи)

 

Слева направо, стоят: С. М. Попов, С. М. Булыгин, В. Ф. Булгаков, сидят: М. В. Булыгин и А. К. Черткова.


Высказывалось мнение, что ОСРОГ вообще должен отказаться от права экспертизы, полученного по декрету от 4 января 1919 г., так как следует призвать народ к всеобщему отказу от несения воинской повинности, а необходимость экспертизы вносит в это ограничения, и, следовательно, в данном случае Объединенный совет выступает в качестве инструмента государственной политики.

Участник съезда Троицкий заявил: «Мы переживаем время переоценки власти вообще, и дни всякой власти сочтены: власть этого не сознает, но чувствует. Декрет 4 января - побуждение к самосохранению. Пало самодержавие - это приписывают себе революционеры, а может быть, тут сыграли некоторую роль религиозники, ведь о каждом отказывающемся говорили целые роты. Теперешняя власть обезопасила себя от таких людей: мы берем бумажку и за то живем спокойно и молчим. Наша же попутная цель не поддерживать власть, а, принимая декрет, мы ее поддерживаем». Это выступление явилось лейтмотивом съезда. На основании выступлений можно восстановить и какова была на местах практика использования религиозными группами декрета от 4 января 1919 г.

Шилов: «Народные суды у нас относятся легко к освобожденным, если есть удостоверения от Объединенного совета. Ко мне обращаются баптисты и евангельские христиане разных общин».

Шишкин: «Отказалось баптистов в нашей организации (Астраханской, Саратовской, Самарской и Уфимской губерний) до 5 тыс. человек, но многие не прошли через народные суды. Одни воспользовались удостоверениями местной общины, другие совсем не пользовались никакими удостоверениями, говоря, что «это дело - мое и Бога»».

Тимошенко (видный баптистский деятель): «…баптисты в России массами отказываются».

Мороков: «В Саратове до 2 тыс. дел таковых…».

На съезде возникла дискуссия о том, как воспринимать массовые отказы от службы в армии:

Павлов: «Христос сказал: «Будете ненавидимы за имя мое». Кто выходит на свет, у того болят глаза. Если мы проводники света, то тем, что жмурятся люди, мы не должны смущаться, мы не должны идти за массой».

Левинданто держался иной точки зрения: «Деятельность Объединенного совета и декрет пробудили некоторое движение, но мы видим, что отказывающиеся по своей последующей жизни мало чем отличаются от других. Отказы носят массовый характер, но это не утвержденные люди, стадно отказывающиеся, подтолкнутые декретом. Они искусственно подтолкнуты и из 100% отказывающихся 50% несознательны…» И дальше: «Мы играем в прятки, сектанты уверены, что все, принадлежащие к секте, могут освобождаться. Надо отчетливо сказать, что мы стоим на другой точке зрения. Декрет может распространяться лишь на ограниченный круг людей, а теперь отказываются все - вот у нас создалось неловкое положение, недоверие по отношению к нам власти и населения».

Чертков возражал: «Я считаю, что приходится нам не считаться с недоброжелательством, так как, если мы сможем освободить хотя малую часть, мы должны это сделать, а если появляется зависть, то в этом виновато правительство, которое не освобождает остальных».

Съезд обсуждал позицию по отношению к трудовой повинности вместо военной службы. Показательно выступление Лушникова: «С введением осадного положения в Саратове начали посылать на рытье окопов. Мы отказались. Потом на выгрузку дров, потом на снежные работы… Баптисты и адвентисты отказались… так как распоряжалось военное ведомство этой работой. Смотрели на трудовую повинность как на воинскую повинность».

Коваль сообщил, что в Новоузенском уезде (Саратовская губерния) «методисты отказались от трудовой повинности, и их присудили к шести месяцам тюремного заключения».

Булыгин призвал к отказу от трудовой повинности и неповиновению власти: «С введением трудовой повинности» явится такая тяжелая форма рабства, которая послужит падению власти. Если ко мне придет комиссар, то я откажусь. Обязанность каждого христианина поступать таким же образом. Какое бы сопротивление нам власть ни оказала».

 

Разумеется, такие действия не могли положительно оцениваться Советской властью. Вместо небольшого количества отказов от военной службы разворачивалось массовое движение. В этом движении очень важную роль играл ОСРОГ. Он взял на себя не просто функцию экспертной организации, но и пропаганду отказа от военной службы и защиты прав таких отказчиков. Отдел Наркомюста по практическому осуществлению декрета об отделении церкви от государства уже в 1919 г. докладывал, что Объединенный совет злоупотребляет своими функциями и ставил вопрос о лишении его прав юридического лица.

10 ноября 1921 г. Чертков как председатель Объединенного совета обратился к Ленину с жалобой на нарушение декрета советскими органами. Была создана комиссия для рассмотрения заявления. В течение двух заседаний комиссия изучала вопрос. Она решила, что жалоба необоснованна, и есть факты злоупотребления со стороны Объединенного совета.

14 декабря 1920 г. было принято постановление Совета Народных Комиссаров об изменениях и дополнениях декрета от 4 января 1919 г. Наиболее существенные изменения имели целью ужесточить процесс получения доказательств того, что отказывающийся от военной службы поступает так по своим идейным убеждениям, а именно: 1) исповедуемое им религиозное убеждение исключает несение воинских обязанностей и 2) отказывающийся на деле образом своей жизни показал преданность своему учению. То и другое должно было быть подтверждено на суде свидетельскими показаниями и другими данными, убеждающими в искренности отказывающегося, а также приглашаемой судебным органом экспертизой в составе авторитетных и заслуживающих доверия представителей соответствующих религиозных течений. Предусматривалось привлечение в качестве экспертов и лиц, не связанных с какими-либо религиозными течениями, но обладающих необходимыми знаниями и опытом. Сохранялся и пункт декрета от 4 января 1919 г. об освобождении от воинской повинности в особых случаях и безо всякой замены. ОСРОГ, в отличие от текста декрета от 4 января 1919 г., ни в каком качестве в постановлении Совнаркома не упоминался. Это говорило об ужесточении политики по отношению к отказу от военной службы и конкретно к Объединенному совету.

В таких условиях деятельность Объединенного совета по пропаганде отказа от воинской и трудовой повинностей, их оформлению и продвижению в судебных органах пошла на спад. Тем не менее, только через эту организацию прошло до 40 тыс. отказов от военной службы по религиозным мотивам.

Пропаганда отказа от военной службы проникла и в армию. Военные встречались не только с отказом верующих от призыва, но и с различными формами распространения ими антивоенных настроений в рядах красноармейцев. В архиве Черткова имеется письмо группы толстовцев в котором сообщается, что они, а также несколько баптистов и молокан по распоряжению особого отдела 4-й армии были заключены 18 февраля 1920 г. в Новоузенскую тюрьму. Причина следующая: «…в нашем селе стоял полк солдат… солдаты охотно посещали сектантские собрания, и некоторые открыто заявили об отказе от военной службы по религиозным убеждениям, … которых мы удостоверяли в искренности убеждений, и сейчас они с нами находятся в тюрьме. И ввиду этого власти, боясь разложения войск и заражения их религиозным духом правды, и начали это гонение…» Судя по выступлению Лушникова на съезде «внецерковных религиозных течений» в июне 1920 г., масштаб событий был более широким: «Был случай в с. Питерки массового отказа 105 человек, но когда на них насел комиссар, они отказались от отказа… стали появляться карательные отряды, которые, обвиняя баптистов в сманивании солдат, запечатали молельню и сделали из нее клуб, а часть баптистов арестовали».

В газете «Красный боец» был опубликован приказ командующего Запасной армией республики и окружного военного комиссара Приволжского военного округа от 16 сентября 1920 г., изданный в связи с агитацией отказа от военной службы. В приказе сказано: «Наши враги посылают в красноармейскую массу, под личиной евангелистов, тайных врагов рабочих и крестьян, пытающихся усыпить их отрицанием войны и убеждением сложить оружие. Случаи подобной пропаганды были уже и в войсках, вверенных мне армии и округа.

Командиры и комиссары, коммунисты и все честные рабочие и крестьяне, составляющие части Запасной армии и Приволжского округа! Будьте бдительны! Не дайте усыпить или затемнить свое светлое сознание и твердую волю, ведущие вас к победе».

Однако позиция отказа от военной службы не была следствием намерения выступить вместе с одной из сторон Гражданской войны, как это пытались представить пропагандисты большевиков. Во имя тех же самых религиозных верований пацифисты отказывались служить и у белогвардейцев, отказывались упорно и массами. Объединенный совет не вел организованной пропаганды отказа от военной службы по ту сторону фронта, где действовали белогвардейцы и интервенты. Там массовые отказы от военной службы по религиозным мотивам были делом самих рядовых верующих и некоторых руководителей общин. Это была в том числе и своеобразная попытка найти «третий путь» выхода из ситуации массового братоубийственного конфликта.

 


Лидер духоборов Петр Васильевич Веригин (1858-1924) в последние годы жизни.


В 1921 г. общество духоборов в Канаде обратилось к правительству РСФСР: «Мы, духоборцы, живущие в Канаде, оставили Россию - нашу Родину, чтобы избавиться от насилия самодержавного царского правительства, вынуждавшего нас отречься от наших принципов: равенства, братства и свободы. Мы верим, что Россия встала на путь освобождения угнетенного народа, и мы желаем присоединиться к нему и помочь…» На этом обращении В. И. Ленин написал следующую резолюцию: «Спешно… Я вполне за. Мой взгляд: тотчас разрешить и ответить архилюбезно».

Представитель Официального агентства РСФСР в Канаде Д. Павлов провел исследование и пришел к выводу, что средний духобор-крестьянин в Канаде, при коллективном труде и применении сельхозтехники работает в 10-12 раз производительнее, чем средний крестьянин в России. Наемный труд у духоборов отсутствует. В начале октября 1921 г. при Главколхозе Народного комиссариата земледелия был создан Оргкомсект - «Комиссия по заселению совхозов, свободных земель и бывших имений сектантами и старообрядцами». Как объяснял Ленин, сектанты и старообрядцы имеют общины, которые давно и хорошо занимаются земледелием на коллективных началах и могут оказать существенную помощь, заселяя пустующие национализированные имения и свободные земли, как это стремятся сделать теперь духоборцы, молокане и новоизраильтяне, а также совхозы, которые у нас не идут или разваливаются. При этом, естественно, им гарантировалась свобода совести, включая и право на отказ от военной службы.

5 октября 1921 г. уже было отпечатано в количестве 50 000 экземпляров и распространено обращение “К сектантам и старообрядцам, живущим в России и за границей”. Этому заявлению поверили. Возвращались тысячами, трудились, не покладая рук, подчас на бросовых, неудобных землях, превращая их в процветающие хозяйства. Десятки производственных кооперативов и коммун были образованы молоканами, баптистами, евангелистами, меннонитами и адвентистами. Больше всего общин к исходу 20-х годов было сосредоточено на Северном Кавказе в Сальском округе. 10 000 молокан образовали 50 коммун, построили в короткие сроки 22 завода, производящих десятки тысяч пудов масла и русско-швейцарского сыра, развели стада породистого и продуктивного скота, обиходили пастбища. Все эти образцовые хозяйства вскоре были разрушены во время принудительной коллективизации.

 

 

Закат. 1923-1939

 

Перед лицом массового движения отказа от военной службы, использующего декрет от 4 января 1919 г., органы Советской власти шли на введение максимальных ограничений как пропаганды отказа от призыва, так и реализации этого права.

5 ноября 1923 г., был опубликован циркуляр Наркомюста, ограничивавший освобождение от воинской повинности членами церквей, «исторически сложившихся при царизме и по своим общеобязательным догмам, требующих отказа своих членов от несения воинской службы». В. Г. Чертков опротестовал этот принцип. В пространной записке «О необходимости отмены циркуляра Наркомюста от 5 ноября 1923 г.» он писал: «…юристы, измыслившие циркуляр, самочинно лишили права на освобождение от военной службы всякого искренне отказывающегося человека, за исключением принадлежавших только к нескольким преимущественно стародавним сектам, которым они разрешили отказываться от военной службы по религиозным убеждениям при условии наличности ряда самых сложных бюрократических формальностей». В числе не признавших военной службы сект, поименованных в циркуляре Наркомюста, не было баптистов, евангельских христиан, адвентистов и толстовцев. Наркомюст не нашел оснований считать толстовцев религиозной сектой. В списке были духоборы, молокане, нетовцы и меннониты, вероучения которых содержат антивоенные мотивы.

 


Подобные свидетельства выдавались во второй половине 1920-х годов верующим-пацифистам, освобожденным от военной службы решением суда.


Фактически мы видим борьбу между двумя подходами к предоставлению права на отказ от военной службы. Чертков отстаивал принцип, исходящий из убеждений самого человека. Наркомюст подходил с бюрократических позиций формальной принадлежности человека к определенной религиозной группе.

Работа велась не только по законодательному ограничению отказа от службы в армию и ограничения действий Объединенного совета. Большевики внедряли своих агентов в руководство религиозных общин, арестовывали наиболее активных проповедников. Из страны был выслан В. Ф. Булгаков - последний секретарь Л. Н. Толстого. В. Г. Чертков не подвергся репрессиям благодаря заступничеству его английских знакомых и личной многолетней дружбе с В. Д. Бончем-Бруевичем. Лидер евангельских христиан, И. С. Проханов, был арестован и содержался в тюрьме до тех пор, пока не отрекся от своих антивоенных взглядов. Под давлением властей последовали публичные заявления, сделанные руководителями церквей, в которых они изменили свой взгляд на несовместимость военной службы с учениями своих церквей: евангельских христиан и баптистов в 1926 г., пятидесятников в 1927 г., большинства адвентистов в 1928 г., отдельных общин молокан и духоборов в 1929 г. Более принципиальным меннонитам власти просто не разрешили провести свой съезд. Заявления эти противоречили как предыдущим высказываниям руководства этих церквей, так и практике их участия в деятельности Объединенного совета. Это привело к расколу и к образованию групп, вставших в оппозицию к такой точке зрения.

Те религиозные группы, которые оказались верны своим принципам, ожидали отказ в регистрации и репрессии. Многие были отправлены в ссылку и в лагеря, а с середины 1930-х последовали расстрелы. ОСРОГ, давно уже действовавший только как независимая правозащитная организация, окончательно был распущен в 1928 г., в связи с «контрреволюционным», по мнению большевиков, характером его деятельности, а сами религиозные организации с 1918 г. не обладали статусом юридического лица. В «Законе об обязательной военной службе» 1925 г. уже отсутствовала возможность, в исключительных случаях, полного освобождения призывника и от военной, и от альтернативной службы. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 2 августа 1926 г. отменило предыдущие декреты от 4 января 1919 г. и от 14 декабря 1920 г. и еще больше сократило круг лиц, которые могли воспользоваться своим правом на альтернативную службу. Теперь оно предоставлялось только тем, чьи родители принадлежали к указанным в перечне церквям. Некоторое исключение было сделано лишь для членов последней толстовской коммуны «Жизнь и труд» (Западная Сибирь). Проходящие альтернативную службу облагались большим налогом. В 1927 г. «Положение о воинских преступлениях» было дополнено статьей, предусматривавшей уголовное наказание «за уклонение от военной службы под предлогом религиозных убеждений», которая на практике применялась сколь угодно широко.

Неудивительно, что осенью 1929 года целые группы, по десять тысяч человек, духоборов, молокан и украинских малёванцев обратились во ВЦИК СССР с просьбой разрешить им эмигрировать. «Правы мы или заблуждаемся, но во всяком случае мы стараемся всю нашу жизнь, в том числе и хозяйственную, строить на том религиозном духоборческом мировоззрении, которое слагалось и закалялось в течение почти 200 лет. И насколько мы понимаем, такие люди, как мы, - хотя бы из-за одного нашего непризнания военной службы и всякого насилия, - мешают вам в осуществлении ваших планов, и потому вам было бы полезнее удалить их от себя и разрешить им уехать в Америку» - писали духоборы в своем заявлении в январе 1931 года. Канадские духоборы купили для своих собратьев участок земли и готовы были оплатить их переезд.

В ответ на все обращения власти принялись отнимать у этих крестьян хлеб и скот, арестовывать кормильцев семей. Агитация за эмиграцию приравнивалась властями к антисоветской, членов Переселенческих комитетов начали расстреливать. Так погиб в России сын П. В. Веригина Петр, ставший после смерти отца главой духоборческого движения. «Мы дошли до такого состояния, что вынуждены будем тронуться гужевым транспортом за границу… пусть стреляют в нас среди пути… Мы готовы помереть за веру и любовь к Богу» - из заявление молокан от 20 октября 1930 года. Отпускать за границу такую массу свидетелей своих преступлений большевики не хотели. Выпущена была в 1923-30 гг. только небольшая часть из более чем ста тысяч немцев-меннонитов, и то под международным давлением, особенно со стороны правительства Германии. Впоследствии, как только в годы Перестройки появилась возможность, заметная часть пятидесятников и абсолютное большинство меннонитов уехали из России в США и Канаду.

 

К 1930-31 гг. относится неудачный эксперимент с военно-производственной службой: часть инженеров и квалифицированных рабочих направлялась не в казармы, а на предприятия оборонной промышленности. 15 марта 1932 г. вышло постановление СНК СССР «Об использовании труда граждан, освобожденных от воинской службы по религиозным убеждениям», согласно которому АГС-ники направлялись в особые трудовые части по линии промышленности и транспорта на срок не более двух лет - столько же составляла и военная служба. В случае войны предполагалось создание специальных трудовых подразделений. Набиралось около трех тысяч человек в год.

Последние АГС-ники, представители меннонитов, закончили свою службу в 1937 г. Служба эта проходила под военным руководством и мало чем отличалась от условий исправительного лагеря: работали в Сибири и Дальнем Востоке на лесоповале, в шахтах и каменоломнях, наравне с членами семей раскулаченных, которым тоже оружия в руки не давали. Царская каторга, в которую были отправлены отказники времен Первой мировой войны, была легче.

 


1929 год. Меннониты проходят альтернативную службу на Урале.


А большинство отказников ждал настоящий ГУЛаг.
В. Г. Чертков до конца своих дней - умер он в 1936 г. - писал письма к Сталину и другим членам правительства, но, к сожалению, уже не мог никого защитить. Советское правительство стремилось к тому, чтобы человек за свои взгляды заплатил как можно большую цену. Отказы от несения воинской повинности по религиозным мотивам в такой ситуации становились все более редким исключением. Фактически остающееся на бумаге до 1939 г. право невозможно было реализовать. Отказ от военной службы по любым причинам: религиозным, этическим или политическим - расценивался уже не как право, а как преступление.

Герман Алёткин, Виталий Адаменко


Использованная литература:

 

А. И. Клибанов. «Религиозное сектантство и современность». М., «Наука», 1969

 

 

«Альтернативщик», № 13, № 14, 2008

А. В. Пчелинцев. «Право на альтернативную службу» // «Религия и права человека: На пути к свободе совести. Вып. III». М., «Наука», 1996

«Альтернативная гражданская служба: прошлое, настоящее, будущее…». М., «Грааль», 2000

 

«Воспоминания крестьян-толстовцев. 1910-1930-е годы». М., «Книга», 1989

М. А. Поповский. «Русские мужики рассказывают… Последователи Л.Н.Толстого в Советском Союзе 1918-1977». Лондон, «OPI», 1983

Я. С. Лурье. «После Льва Толстого». СПб, «Дмитрий Буланин», 1993

В. Шенталинский. «Донос на Сократа» // «Новый мир», № 11, 1996

«Возвращение памяти. Историко-публицистический альманах». Новосибирск, Вып. 1, 1991; Вып. 2, 1994; Вып. 3, 1997

И. П. Ярков «Моя жизнь» (самиздат)

 

Г. О. Балабанов. «О призыве в Советскую Армию духоборов и молокан» // «Ненасилие как мировоззрение и образ жизни». М., ИВИ РАН, 2000

П. И. Бирюков. «Гонение на христиан в России в 1895 году». С предисловием Л. Н. Толстого.

А. А. Родионов. «СССР - Канада. Записки последнего советского посла». М., «Алгоритм», 2007

И. А. Аносова. «Канада - вторая Родина духоборцев: интеграция и культурная локализация», «Мир России», 26.10.2006

Запись передачи «Внуки Толстого» на радио «Свобода» 20.10.2002

 

Лоуренс Клиппенстайн. «Проблема военной повинности меннонитов в Советской России (1917-1939)» // «Постижение идеала: Из истории миротворчества и интеллигенции». М., ИВИ РАН, 2005

Уолтер Саватски. «Меннониты в оценке российских и советских представителей власти» // «Постижение идеала: Из истории миротворчества и интеллигенции». М., ИВИ РАН, 2005

Питер Брок. «Отношение к ненасилию в пацифистских сектах в средние века и раннее новое время» // «Ненасилие как мировоззрение и образ жизни», М., ИВИ РАН, 2000

Т. Филиппова. «”Исход братьев!” Переселение меннонитов из СССР в конце 1920-х годов» // «Родина», № 10, 2002.

 

А. И. Нежный. «Уроки сектоведения». «Московские новости», № 1 (969), 10-17.01.99.

А. Г. Булгаков «”Святая инквизиция” в России до 1917 года». М., 2006

 

 

Иллюстрации взяты из:

 

«Этноконфессия в советском государстве. Меннониты Сибири в 1920-1980-е годы». Новосибирск, СПб, «Посох», 2006

М. А. Поповский. «Русские мужики рассказывают… Последователи Л.Н.Толстого в Советском Союзе 1918-1977». Лондон, «OPI», 1983

М. П. Новиков. «Из пережитого». М., «Энциклопедия сел и деревень», 2004

«Толстой в жизни». Тула, «Приокское кн. изд-во», 1982

«БСЭ», 3-е изд.1969-78

 

Doukhobor Village Museum (Canada): http://www.doukhobor-museum.org

 

 

 

Проблемам современной альтернативной службы посвящена газета «Альтернативщик» - все вышедшие номера см.: http://www.army-hr.ru/library.htm?cat=28.

 

Читатели, желающие более подробно ознакомиться с проблемами ненасилия, могут обратиться к библиотеке проекта «Вне насилия»: http://www.antimilitary.narod.ru/;

к библиотеке Я. Г. Кротова: http://www.krotov.info/spravki/temy/n/nenasilie.htm;

к сообществу «Ненасилие и жизнь»: http://community.livejournal.com/pacificum/.

Материалы о толстовском движении доступны на «Сайте близких единомышленников Л. Н. Толстого»: http://zpalochka.narod.ru/bibl.html.

Материалы о христианском анархизме см. в сообществе «Христианская община»: http://community.livejournal.com/christ_communa/.
 


Subscribe

  • Толстовский альманах № 6

    «Толстовский Альманах». № 6, Июнь 2016 г. (196 стр., PDF) В этом номере в разделе "Социальные вопросы" публикуется высоко ценимое Л. Н. Толстым…

  • Толстовский альманах № 5

    «Толстовский Альманах». № 5, Май 2016 г. (196 стр., PDF) В майский выпуск Альманаха включены статьи, выражающие отношение наших авторов к…

  • Толстовский Альманах № 4

    «Толстовский Альманах». № 4, Апрель 2016 г. (196 стр., PDF) Ряд материалов апрельского номера Альманаха посвящен началу весеннего призыва в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments